«У тебя же есть все!»: как сложилась судьба Льва Круглого в эмиграции

В конце 1970-х Лев Круглый был одним из самых известных московских артистов. А после телеспектакля «Марат, Лика и Леонидик» его узнала вся страна. Тем не менее он решил уехать из страны, и даже близкие люди не могли понять почему.

Лев Круглый родился в Москве 24 февраля 1931 года. Его отец работал на строительстве столичного метро, а мать была пианисткой. Она и приучила сына к искусству: мальчик часами читал стихи перед зеркалом, а мама поправляла его интонации, закладывая фундамент мастерства.

Война отняла у семьи отца и мать осталась одна с тремя сыновьями. В доме было голодно: одежду донашивали друг за другом, хлеб делили до последней корочки. Но унынию мать не поддавалась, и атмосфера в семье оставалась теплой.

Начало карьеры

«Впереди — крутой поворот»

В Театральное училище им. М. Щепкина Лев поступил с первой попытки. Однако сразу после выпуска юноше пришлось столкнуться с суровой реальностью: распределение унесло Круглого на другой конец страны — в Хабаровск. Суровый климат, низкие зарплаты и неустроенный быт стали для него серьезным испытанием. Честно отработав положенные три года, молодой актер вернулся в столицу.

Москва встретила его достаточно радушно. Круглый вошел в труппу только что набравшего силу «Современника». В этих стенах судьба подарила ему не только работу, но и любовь всей жизни — актрису Наталью Энке. Это был союз, скрепленный абсолютным взаимопониманием, в котором позже родились трое сыновей: Сергей, Никита и Алексей. Позже Круглый последовал за режиссером Анатолием Эфросом: сначала в «Ленком», потом в Театр на Малой Бронной.

Решение, которого не поняли

Телеспектакль «Марат, Лика и Леонидик»

К концу 1970-х Лев Борисович четко осознал, что больше не хочет мириться с советской цензурой. На баррикады он не рвался и диссидентом себя не считал. Поэтому единственным спасением казалась эмиграция. Коллеги были в недоумении, в театральной среде шептались, а Владимир Высоцкий растерянно спрашивал: «Лева, зачем? У тебя же здесь есть все!».

Однако Круглый уже все решил. «В 79-м году мы решились сказать: «Все, хватит! Мы больше не хотим участвовать во всем этом, то, что называлось Советский Союз… Мы — не борцы, нет. Мы просто не хотим»», — вспоминал позже актер. Наталья безоговорочно поддержала мужа. Вместе с ними решился ехать средний сын Никита (старший и младший остались в Москве). В 1979 году они навсегда покинули СССР.

«При исполнении служебных обязанностей»

За плечами Круглого осталась фильмография из почти сорока картин, среди которых «При исполнении служебных обязанностей» (1963), «Мимо окон идут поезда» (1965), «Таинственная стена» (1967), телеспектакль «Собака Баскервилей» (1971), «Семейная мелодрама» (1976) и последняя работа в СССР – фильм-спектакль «Варвары» (1979).

Жизнь в чужой стране

Первым пристанищем актера в эмиграции стала Вена. На спонтанном творческом вечере перед русскоязычной общиной супруги сыграли небольшой отрывок. Выступление вышло настолько пронзительным, что их тут же пригласили во Францию. Получив статус политических беженцев, они обосновались в местечке Медон под Парижем.

Позже Лев Борисович вспоминал свой отъезд: «Сейчас я иногда встречаю мемуары всякие моих коЛЛег. Они там про меня иногда так пишут, что дескать, какой-то идиот. У него, вроде все складывалось хорошо, и он поехал искать счастье на Западе, понимаете, актерского счастья. Я не знаю, то ли они какие-то непонятные люди, то ли я идиот с их точки зрения, то ли люди, которые это прочтут, будут идиоты.

В 50 лет, не зная ни французского, ни английского, ни итальянского, ни немецкого, ни чукотского языков, — с русским языком, с профессией «русский актер» приехать на Запад и искать там счастья актерского? Ну что за ерунда? Значит другая была причина. Мы не будем о ней говорить, но вот это вот умение быть одному, но в данном случае, слава богу, я был не один — я был с женой, сыном, с любимой нашей собакой, это нам помогло начать жизнь на Западе. И сразу же вокруг появились люди, которые нам помогли, которые протянули руку, которые нас поддержали».

Читать: Почему исполнительница песни «Прекрасное далеко» уехала из страны?

На протяжении двух лет Круглый с семьей жили в монастыре при центре изучения русского языка и культуры, куда приезжали студенты из разных стран.  Супруги преподавали разговорный русский язык и ставили с ребятами спектакли по русской классике. Никита тем временем поступил в университет. Позже он защитил докторскую диссертацию и стал лингвистом и художником.

Помогало то, что рядом были близкие. «Я был не один — я был с женой, сыном, с любимой нашей собакой, это нам помогло начать жизнь на Западе. И сразу же вокруг появились люди, которые нам помогли, которые протянули руку, которые нас поддержали», — рассказывал Круглый.

Читать: Американский режиссер Алик Сахаров: «Я принадлежу своим советским корням»

После жизни в монастыре был трехлетний контракт на радио «Свобода» в Мюнхене. Радости он не принес: актеру было тяжело читать в эфире чужие тексты. В день окончания контракта супруги собрали чемоданы и вернулись во Францию.

«Театр двух актеров»

По совету друзей Круглый с супругой создали собственный камерный «Театр двух актеров». С первыми парижскими спектаклями помог писатель Владимир Максимов, издатель журнала «Континент». Он дал денег, и их, как подчеркивал Круглый, вернули полностью. «Такие люди, как Володя, они нам всем очень помогали. И мы ему благодарны на всю жизнь», — говорил актер в 1999 году.

Со спектаклями супруги объездили Европу и Америку. А в 1990-е годы Лев Борисович еще и занимался благотворительностью: собирал гуманитарную помощь и деньги для многодетных семей на родине.

Тихая старость в пригороде Парижа

Лев Круглый с супругой Натальей

Четверть века на эмигрантской сцене закончилась выходом на заслуженный отдых. Актеры поселились в парижском пригороде Монтрёй, где муниципалитет предоставил им четырехкомнатную квартиру в доме для иммигрантов. Пенсия была скромной, но помогали благотворители и любовь к поездкам по окрестностям за рулем своего автомобиля.

Льва Борисовича Круглого не стало 17 ноября 2010 года на 80-м году жизни. Незадолго до ухода он признался жене, что ни разу не пожалел о когда-то принятом судьбоносном решении.

Читать: Надежда Чередниченко: жизнь в СССР и эмиграция