Советская анимация нередко прятала под сказочным слоем неожиданные детали, которые замечали далеко не все зрители. В мультфильмах для детей порой возникали намеки, рассчитанные скорее на взрослых — тонкие, рискованные и очень смелые для своего времени.
Одним из ярких примеров стала работа Роберта Саакянца «В синем море, в белой пене…» (1984) — музыкальная фантазия, созданная по мотивам армянского фольклора. История о мальчике, которого морской царь стремится сделать своим преемником, быстро стала популярной, а песня «В море ветер, в море буря…» была на слуху у каждого человека, воспитанного на советских мультиках.
На уровне сюжета это добрая притча о свободе, ответственности и выборе. Но если присмотреться к визуальным деталям, открывается еще один слой смысла. Среди изображенных на морском дне кораблей можно заметить цифры 007 и 747. Сегодня они легко могут показаться художественной случайностью, но в 1984 году такой «декор» выглядел как недвусмысленная ремарка.
Всего за год до выхода мультфильма мир обсуждал трагедию южнокорейского Boeing-747, выполнявшего рейс KE007. Самолет вышел за пределы маршрута и был сбит советским истребителем в районе Сахалина. Погибли 269 человек, а инцидент стал одним из самых болезненных эпизодов позднего периода холодной войны.
Поместить эти роковые цифры в детский мультфильм, выпущенный в Советском Союзе всего через год после инцидента, было актом невероятной художественной смелости со стороны Саакянца. Этот тонкий комментарий художника к трагическим событиям — скрытый, но узнаваемый знак эпохи. Саакянц умел создавать многослойные истории, которые работали и как детское приключение, и как высказывание для внимательного взрослого зрителя.
Возможно, по этой причине короткий фильм «В синем море, в белой пене…» продолжает привлекать к себе интерес: его пересматривают не только ради теплых воспоминаний, но и чтобы вновь убедиться, насколько много смыслов может скрываться в десятке минут советской анимации.
Читать: «УШАЦ» на советских экранах: история загадочного слова
