До того, как стадионы начали в едином порыве скандировать его имя, а на стенах советских городов появились первые надписи «Цой жив!», легендарный лидер группы «Кино» совершил свой самый первый, абсолютно неожиданный дебют на центральном телевидении.
Осенью 1982 года зрители программы «Монитор» увидели на экранах интересного юношу. Однако телевизионщики представили его вовсе не как надежду ленинградского рока, а как одаренного мастера по обработке дерева.
В те годы «Кино» лишь начинало делать первые шаги, а сам Виктор совмещал ночные репетиции с ручным трудом. Его путь к искусству начался еще в Ленинградском художественном училище имени Вл. Серова. И хотя из-за академической неуспеваемости учебу там закончить не удалось, Цой не бросил ремесло и получил диплом профессионального резчика в ремесленном училище.
Читать: История создания легендарного фильма «Игла»
Талант молодого мастера был настолько очевиден, что после выпуска перед ним открывались впечатляющие перспективы: его распределили в знаменитые реставрационные мастерские Екатерининского дворца в Пушкине. Для любого начинающего специалиста попасть в такое место считалось огромной удачей.
Однако Виктор, по словам его матери, быстро отказался от заманчивой должности — долгие ежедневные поездки за город отнимали слишком много времени, которое он предпочитал тратить на музыку.
Вместо масштабных реставраций Цой сосредоточился на миниатюрной пластике. С особым азартом он вырезал традиционные японские фигурки — нэцкэ. В его руках куски дерева превращались не только в изящные статуэтки, но и в весьма эксцентричные бытовые предметы: авторские пепельницы в виде открытого рта, человеческой ладони или ступни. Практически все свои работы Виктор щедро раздаривал друзьям и коллегам по ленинградскому рок-клубу, включая участников группы «Аквариум».
Читать: 6 знаменитых гитаристов, которые теряли свои инструменты
Сегодня эти деревянные миниатюры стали настоящим граалем для коллекционеров. Время от времени редкие предметы с узнаваемыми инициалами автора всплывают на антикварных рынках и в частных собраниях по всей стране.
Что же касается того самого первого телеэфира, то запись выпуска программы «Монитор» со временем оказалась утрачена. Исследователи до сих пор пытаются обнаружить сохранившийся дубль в архивных фондах.
